Комментарии к Сергей Иванов из ЭФКО

Сочувствие на сочувствие? Лишь одна Правда мерило того, кому то самое сочувствие требуется. "Позволила" себе моя совесть. Если есть, что её заблуждает, как, будем надеяться, именно искренне заблуждало уважаемого Василия Осиповича, что-то мою совесть, милостиво прошу. Первым делом, подсказываю, может помочь расширение контекста. Может от того, что фраза откуда-то вырвана, то может случится, что уважаемый Василий Осипович описал далее смягчение, а может, и всё то, что я себе позволил. А раз он благодарен, под вашу ответственность), почту за честь принять оную с превеликим уважением и удовольствием.) Принесите для дела правды лучше побольше информации, когда, при каких обстоятельствах, в каком виде прозвучали эти слова. А в таком виде, как фраза приведена, она неестественно контрастна своим приёмом. Этот народ тёмный, в том числе и знать не записная, на Куликовом поле лежать остался за землю свою в отличии от Преподобного, и негоже этот народ в таком свете поголовно выставлять. Ни в коем случае не преуменьшая значения для нас личности Преподобного Сергия, перестараться легко именно по причине его огромного значения для нашего народа. Чем руководствовался же Василий Осипович применяя такой приём, без расширения контекста непонятно. Но здесь и сейчас в таком виде, для нас, для нашего восприятия, историк чрезмерно возносит, скромностью завоевавшего прижизненный непререкаемый авторитет, Преподобного Сергия, как единственного праведника жившего тогда, а остальных покрывая тьмой. Это только отталкивает здравомыслящих критически мыслящих людей. Тех самых, кто не словами, а делами возражал тогда, при жизни Преподобного и возражает историку сегодня, о тьме своей. Предположу. Тогда, и к месту, эти слова могли казаться самому Василию Осиповичу его попыткой как раз стянуть расползающуюся ткань общества в следствии прямой причины от внутреннего качества несоответствия взявшихся возложить на себя ношу бдения сакрального. Ключевский почил в 1911 г. И имел возможность тревожиться за будущее любимого им всею душою государства. Но то, что доступно нам, как история, уже не наблюдал. И навеса из агонизирующей тайной канцелярии, охранки, синодального совета по надзору за нравственностью и всего государствообразующего консенсуса, мы с вами, в отличии от Василия Осиповича, не имеем. А его положение обязывало считаться со средой. Вам 🎤. )