Канал визионера Chat

Кто мы без Него. Человеческое слабо, человеческое ограничено, человеческое не существует самостоятельно, ибо без внешнего питания – пищей, светом, теплом, впечатлениями и прочим – люди не проживут долго; таков их удел. И люди видят внешнее, но не видят внутреннего; смотрят вокруг себя, выбирая наилучшее из возможного, но не смотрят внутрь, а тайна жизни нашей сокрыта внутри нас и нигде больше мы её не познаем. Полагаясь на внешнее – мы ограничены и зависимы, отворачиваясь от внутреннего – мы слепы и ограничены ещё сильнее. Наша жизнь скрыта не в токе нашей крови, наша жизнь не в питании или удовлетворении желаний, хотя нам кажется, что именно в этом и есть наша жизнь. Наша жизнь – это Свет Бога, данный нам, поддерживающий нас, оживляющий нас и открывающий нам Истину, если мы заинтересованы в её познании. Наш Свет, которого мы не видим, который мал, если мы не стараемся его взрастить, – это Его Свет, но познать это могут только те, которые обратились к Нему и возжелали такого познания. Вне Света Бога мы не существуем, нам нечем жить, нам нечем дышать; вне Света Бога не существует ничто живое, и в каждом цветке, в каждой травинке есть капля Его Света, и всё живое осенено Им, но только люди способны проявить Свет Бога в себе полностью. Творить могут и животные, но их творения инстинктивны, подчинены программе, заложенной в них Господом; и их свобода воли есть свобода охоты и выбора партнёров, есть свобода движения, ограниченного инстинктами, подчинёнными Его Воле и Его Замыслу. Наша воля свободнее, и инстинкты не так довлеют над нами, и мы способны подавлять их и управлять ими, и потому звери выглядят более цельными по сравнению с людьми, и потому мы колеблемся, а они делают то, что чувствуют главным в моменте. И цельность зверей, птиц и рыб выглядит подобной просветлённости, но они ниже людей, а не выше, ибо их рабство делает их более целостными, чем мы, знающие истинную свободу выбора. И Свет зверей не поглощается умом, пребывающим во сне мыслей, мечтаний и желаний, и потому они выглядят осознаннее нас, но это тоже условное преобладание, ибо если люди проявляют Свет Бога в себе полностью, то превосходят в своём Свете любые из живущих существ; но люди редко находят в себе силы к тому, чтобы исполнить предназначенное и стать не творцами внешнего, но творцами себя, творцами своего изменения и развития. Обретение навыков развивает нас, но навыки концентрации не сравнимы с навыками осознания себя, и не сравнимы с навыками разделения внимания, без которого не происходит увеличения Света. И Свет Бога может быть проявлен полностью, но такое проявление требует великого труда, а люди обращены в мир, и мир сжирает всё их внимание без остатка. И мы творим в миру, и мы способны творить вторую природу, но она не приближает нас к Богу, хоть мы и способны прославлять Его в своём творении. И Бог творит из Себя, и мы творим из себя, пусть даже используя краски, холсты, камни или слова; и в этом мы подобны Творцу, как и наши творения подобны нам, и нами же они и ограничены. И силу творения люди получают от Бога; и преуспевают в творениях те, которые обращаются к Богу, которые раскрывают заложенное в них не только через тщеславие и упорство, но и через смирение и покорность. И те, которые познали природу своих творческих импульсов и не сумели присвоить их себе, познают великую радость преодоления своих пределов, а те, которые возгордились, познают истощение своих способностей и обращаются в ремесленников, постепенно утрачивая творческую способность. И те, которые стремятся к познанию себя, познают свои пределы, и те, которые ищут их преодоления, приходят к Богу, ибо вне Бога ни один из первоначально обретённых ими пределов не преодолевается – без вовлечения Света Бога и без Его помощи в том, чтобы они увидели новые горизонты и обрели новое вдохновение. И те, которые обретают полноту Света, приходят ко Богу, приходят к познанию Его Истины, ибо в полном проявлении Света отрицать очевидное невозможно. И те, которые боятся говорить об Боге, остаются ограниченными, остаются рабами условностей своего времени, и потому не познают безвременного, которое вечно. И те, которые признают Бога, познают большее, и те, которые не боятся Истины, готовы к тому, чтобы стать больше, чем просто людьми, ибо Светом Бога можно и ограничиться, но есть множество даров, которые не получаются вне Бога, и те, которые не хотят познать большее, остаются с малым, и начинают говорить о своём, которое на самом деле – Его; но выбор есть выбор, и он принимается; и так мир заполоняется полуправдой, которая наполовину ложь. И вот кто мы без Него – люди, не познавшие своей основы, не разобравшиеся в сути и истине своего бытия; люди, сводящие концы с концами собственного опыта так, что всегда остаются лакуны, заполняющиеся домыслами, ибо окончательная Истина всего – только в Нём, и только Бог открывает её и ищущему, и достигшему. И нет полноты познания вне Бога, и нет глубины просветления вне Бога, и есть достигающие по запросу, но отказывающиеся познавать Его вполне и обретать близость, и их просветление может быть истинным, но оно никогда не полное, ибо вся полнота преображения не достигается без сознательного обращения к Нему. И есть живущие на полвдоха, и есть молящиеся ради приличия, есть поминающие Бога всуе, но не помнящие Бога в своих сердцах, и все они – неполны, и все они половинчаты, и все они несовершенны в своих пределах, хотя и могут являть совершенство в ограниченном, достигая просветления в малом масштабе. Есть немало Путей, ведущих к Богу, но есть ещё больше путей, ведущих от Бога. И мы выбираем большее или меньшее, и мы выбираем малое или великое, и мы получаем согласно своему выбору, и имеем то, что имеем, и питаемся тем, что обрели своими стараниями – с Богом или без Него. И жизнь без Бога скудна и ограничена тем, что люди получают по рождению, и жизнь без Бога – жизнь выбора ограниченности, и жизнь вне Бога невозможна, но жизнь в выборе своего, считающегося единственно существующим, есть решение многих и многих. И Милость Бога в том, что Он не навязывает нам Себя, и мы вольны следовать своему; и Милость Бога в том, что Он позволяет нам определять свой путь; и те, которые ищут Бога, обязательно Его находят, а тем, которые ищут вне Бога, надеясь на достижение полноценного, достаётся неполное, которое они могут считать предельным, не понимая, что их предельное мельче самого малого. И Бог поддерживает сущее, и те, которые приходят к Богу, обретая великую Близость, творят через Него, а Он творит через них. И желающие служить Богу получают возможность участия в Его Творении и поддержании, и так они преодолевают человеческое, обретая Божье. И всё в Боге, и всё – Бог, и нет вне Бога жизни, но нам дозволено жить в неведении, если таков наш выбор и такова основа нашего спокойствия, которое никогда до конца не уравновешивает беспокойство одинокости и ограниченности. И мы без Бога неполны и никогда полными не станем; и мы заполняем себя миром, но не обретаем постоянства, ибо мир переменчив, а жизнь наша не слишком длинна. И жизнь вне Бога – это жизнь в утратах, а жизнь в Боге – это жизнь обретения, и не внешним обладанием мы насыщаемся, а Любовью и Светом, и не во внешнем мы находим свою цельность, а во внутреннем, которое изменяется так, чтобы вечность могла стать нашим пристанищем. И мы без Бога – люди, и мы с Богом – превзошедшие человеческое и познавшие Его. И нет иного Пути к Богу, кроме самопреодоления, и нет иного выбора у желающего познать запредельное, кроме выбора сближения с Ним. И все боящиеся Бога пусть остаются прежними, а все любящие Бога пусть познают наивысшее, познают преображение человеческого в Его, познают движение за пределами пределов и близость не в отстранении, а в Единении с Ним. Да будет так. Аминь.