Импичмент | Цифровой сход граждан

⬆️⬆️⬆️ Продолжение Как государство заклеймило Правду экстремизмом Летом 1998 года, сразу после назначения Путина директором ФСБ, офицер Александр Литвиненко встретился с ним лично. Его цель была поразительно наивной: предупредить нового шефа о коррупции в ведомстве, о сращивании с ОПГ, о заказных убийствах. Он хотел донести правду до самого верха. Результат оказался неожиданным. Вместо поддержки — критика, вместо признания проблемы — глухая стена. Главная трагедия Литвиненко: он был не врагом системы, а её искренним сторонником. Он был убеждён, что служит России, даже когда остался один против всей государственной машины. Он думал, что эту гнойную рану можно вскрыть правдой как скальпелем и вылечить. Он полагал, что наверху ждут этой правды. Но он ошибался и эта ошибка была роковой. Три недели ада и предсмертное обращение 1 ноября 2006 года. Лондон. Бар отеля «Миллениум». Литвиненко встречается с бывшими коллегами по ФСБ — Андреем Луговым (ныне депутат Госдумы от ЛДПР) и Дмитрием Ковтуном. Ему подают чай, в котором смертельная доза полония-210. Это была третья попытка отравления, и убийцы плохо понимали природу полония, не знали, что он оставляет радиоактивный след. Через несколько часов начинается ад. Рвота. Диарея. Волосы выпадают клочьями. Внутренние органы отказывают один за другим. Три недели в больнице Университетского колледжа Лондона. 23 ноября 2006 года Александр Литвиненко умирает в возрасте 43 лет. За два дня до смерти, 21 ноября, он надиктовывает обращение. Адресованное лично Путину. Его зачитывает адвокат Александр Гольдфарб: «Ты можешь преуспеть в том, чтобы утихомирить меня, но заплатишь большую цену... Этим ты показал, что у тебя нет уважения к жизни, свободе или любой из других цивилизованных ценностей... Ты не достоин занимать свое место... Бог простит тебя за то, что ты сделал с Россией и ее народом». В 2016 году британское общественное дознание под председательством судьи Роберта Оуэна вынесло вердикт: убийство Литвиненко было «вероятно, одобрено» Владимиром Путиным. Судья Оуэн заявил, что Луговой и Ковтун действовали «под руководством ФСБ и с одобрения главы этой организации Николая Патрушева и президента России Путина». Операция «не могла быть санкционирована без ведома Владимира Путина». При чем тут Лунин? 25 июня 2026 года. Александр Лунин, 39 лет. Ветеран и был ранен. Записывает видеообращение. Миллионы просмотров. Говорит о пытках, о «гестапо», о «зинданах» — земляных тюрьмах, о «тупых самоубийственных приказах», о вымогательствах командиров, но не критикует Путина и якобы верит, что «царь то не знает». Хочет личной встречи, чтобы «открыть ему глаза». 27 июня в его доме — обыск. Изъята техника. Сам он в Москве. В 10:00 дело поступает в суд, в 11:30 — заседание. Полтора часа. Статья 20.3 КоАП — «демонстрация экстремистской или нацистской символики». 11 суток ареста. Суть этой технологии, обвинить в экстремизме Правду Обвинили в экстремизме того, кто лицемерно выставляется бомжами героем. Но это не ошибка и не «перегиб на местах». Это хорошо продуманный промах и фирменный стиль пропаганды бомжей в галстуках. Их задача — не просто убрать неугодного, а смешать с грязью саму Правду, которую он произнёс. Чтобы ни у кого не возникало желания её повторить. Ведь если Правда — это нацизм, то любой, кто её скажет, — фашист. А ложь — это патриотизм. В такой перевёрнутой реальности бомжи всегда побеждают и всегда правы. «Царь всегда знает» Литвиненко пытался предупредить Путина лично, полагал, что наверху просто не знают и расплатился за наивность жизнью. Лунин повторил тот же путь и тот же мотив — «царь не знает», та же попытка достучаться. И тот же результат — арест вместо встречи. Это не меняется двадцать лет и не изменится никогда. Потому что это не ошибка. Это священный ритуал бомжей приколачивания правды к позорному столбу. Ибо правда и есть для них главный враг. Путин знал о коррупции в ФСБ, когда Литвиненко стучался к нему в 1998-м. Знал он и о пытках в армии, когда Лунин записывал своё видео. Он не просто знает — он это создал, он архитектор и он же — палач.