#ПА
Мысли навеяны рабочим процессом, от которого я старался убежать
Зацепила фраза:
«Когда я не мог ходить — они=родители носили меня. Теперь моя очередь»
Это звучит как высшая форма любви
Но Мелани Кляйн писала книжки и говорила умные слова. Потому что за этим может стоять не только любовь. А позиция с колоссальной виной.
В депрессивной позиции возникает переживание:
-я что-то сделал с объектом (здесь под объектом понимается значимый другой)
-я его повредил
-я ему должен
И тогда появляется импульс восстановления=Репарации
Но есть тонкая граница.
Репарация — это восстановление связи. А не самоистощение.
Когда действие становится чрезмерным, героическим до разрушения себя, умные люди могут заподозрить не просто любовь, а попытку искупить
Как будто внутри есть фантазия/переживание/убеждение:
-я должен вернуть всё, что мне дали
-я обязан компенсировать
-я не имею права не выдержать таких тягот
И тогда родитель перестаёт быть тем, о ком заботятся. Он становится тем, перед которым гасят вину. Разница почти незаметна снаружи. Но заметна внутри
В одном случае: я несу, потому что люблю и могу. Возможно, даже —хочу
В другом: я несу, потому что не могу по-другому. Иначе я плохой
Это разные психические позиции. И это чувствуется в качестве жизни
Потому что в первом варианте:
- выбор
- предел
- живое взаимодействие
Во втором варианте:
- долг без границы
- необходимость
- отсутствие себя
Возможно, как по мне:
Более трудно не совершить героический поступок. А сделать его без необходимости расплатиться собой
101 ·