Общероссийское движение Предпринимателей

Банк России уже признал, что дорогой микрозайм часто перестает быть разовой помощью и превращается в зависимость. В первой половине 2025 года 48% выдач пришлись на людей, которые после погашения одного займа оформляли следующий, а полностью закрыли отношения с МФО без нового договора лишь 11% заемщиков. Среди клиентов с 3 и более займами находилось почти 49% потребительского портфеля. Частный кредитор получает навсегда зависимого клиента после того, как человек не смог восстановить собственный денежный поток. Цена такой лояльности измеряется просрочкой. По итогам 2025 года доля выдач, уходивших в задержку свыше 90 дней уже к концу следующего квартала, выросла примерно с 3–4% до 7%. Основной прирост сформировали займы с полной стоимостью кредита выше 250% годовых у клиентов, чей долг перед МФО увеличивался. Регулятор отдельно описывает практику, когда просроченные платежи включаются в новый заем. Человек занимает несколько тысяч рублей на продукты, одежду и другие неотложные покупки, затем начинает финансировать уже прежний долг. Масштаб давно вышел за рамки небольшой услуги до зарплаты. В 2024 году МФО обслуживали 14,8 млн уникальных клиентов. К середине 2025-го 13,8 млн заемщиков МФО одновременно имели действующие банковские кредиты. За 2025 год отрасль выдала населению и бизнесу 2 трлн рублей, ее портфель достиг 762 млрд. Рейтинговое агентство «Эксперт РА» оценило чистую прибыль сектора в рекордные 67 млрд рублей. Повторные клиенты дают более 70% выдач уже несколько лет, а крупнейшие компании постепенно забирают рынок у слабых участников. Власти знают, чем заканчивается такая кредитная модель, и выбрали медленное ограничение вместо запрета деятельности микрофинансовых организаций. С 1 апреля 2026 года максимальную переплату снизили со 130% до 100% суммы займа. С 1 октября нельзя будет выдать третий заем с полной стоимостью выше 200%, если 2 уже не погашены. Полное правило «один дорогой заем в руки» при стоимости выше 100% вступит в силу только 1 апреля 2027 года. Опасная практика признана официально, однако еще несколько месяцев закон разрешает человеку одновременно нести несколько долгов с трехзначной стоимостью. Особенно показательно, что Россия уже умеет строить микрофинансирование по другой экономике. Региональные государственные МФО кредитуют предпринимателей в рамках программ поддержки малого бизнеса. В 2025 году их ставки не превышали 15% годовых, отдельные продукты начинались с 0,1%. В I квартале 2026 года доля просрочки свыше 90 дней у таких организаций составляла 3,8%, у коммерческих МФО в бизнес-сегменте — 13%. Государство вкладывает бюджетный капитал, проверяет финансовое состояние заемщика и принимает меньшую доходность, когда считает доступ к деньгам общественно полезным. Для гражданина, которому не хватает 10 тыс. рублей до зарплаты, сопоставимого федерального инструмента нет. Его кассовый дефицит остается товаром коммерческого рынка. Социальная ссуда могла бы ограничивать ставку, запрещать перекредитование, проверять реальный доход и связывать человека с адресной помощью, если вернуть деньги он объективно не способен. Частная МФО решает другую задачу: выдать заем с приемлемым для компании риском и сохранить платежеспособного клиента. Повторный заемщик ценнее человека, который один раз занял и больше не вернулся. Государство уже ограничивает глубину долгового падения, однако пока не меняет сам источник социального конфликта. Оно сохраняет прибыльный и налогооблагаемый частный рынок экстренных денег, хотя собственный опыт подтверждает возможность микрофинансирования по ставкам в десятки раз ниже. Запретить частные займы беднейшим заемщикам и превратить такую помощь в социальную функцию означало бы поставить целью выход человека из кризиса. Нынешняя реформа ставит другую границу: МФО разрешено зарабатывать на повторном спросе, пока долг не пересекает установленный законом предел. Человек силами МФО опускается на самое социальное дно и удерживается там до последнего — именно это и создает прибыль. @ex_trakt