Кое‑кому из еврейских военных, которых заставили уйти из армии, сослуживцы устраивали прощальные вечеринки и говорили с тоской: «Повезло тебе, чертяка, — не будешь больше тянуть лямку». Одному такому солдату, которому завидовали сослуживцы, положение дел виделось отнюдь не столь радужным. Он прекрасно представлял себе, какое будущее его ждет — облавы, трудовые лагеря и концлагеря. Иногда, если военный признавался, что у него есть еврейская кровь, это незамедлительно влекло за собой ужасные последствия. Один командир в бешенстве от того, что в его часть проникла скверна, а его самого обдурили, выхватил пистолет и застрелил «оскорбителя» — еврейского солдата на месте.
Другие евреи подделывали документы. Но, даже если изменить документы, оставалась проблема обрезания, а оно говорило само за себя. Многие, живя в постоянном страхе перед разоблачением, заготовили байку о перенесенной в детстве инфекции, из‑за которой им удалили крайнюю плоть. Других, когда на медосмотре приказывали оттянуть крайнюю плоть, выручала ловкость рук. Один ветеран вермахта успешно проходил проверки в казармах, однако в увольнении в Париже ему не удалось утаиться от французской проститутки. Насколько он понял, она на него не донесла: ведь они оба были «изгои».
