Рок-лабаз

Когда я учился в школе и там устраивали дискотеки с выступлением какой-нибудь группы, всегда играл кто-то типа Van Halen с парнем с длинными светлыми волосами, качающий бедрами. В пабах, где мы играли перед разгоряченной, потной и накачанной пивом толпой, на такое можно было и не надеяться. Такая аудитория, что не обязательно было даже настраивать гитару. Если у тебя порвалась струна –– это то что нужно. Иногда приходилось заканчивать концерт всего с двумя струнами, потому что никто бы не дал даже пару минут, чтобы привести гитару в порядок. Помню один вечер, когда я сказал остальным парням из группы: «Я туда не пойду». Полиция не могла попасть в клуб. Там был какой-то безумец, бегавший внутри зала с ножом для мяса, резавший людей. А все в первом ряду были байкерами. «Они просто хотят крови», — сказал я. Смотришь и кажется, что там будто убийцы, а взгляд у них на лицах словно говорит: «Дайте нам этого паренька в шортах». — Правда ли, что Малькольму однажды пришлось «помочь» выйти на сцену? Да. Внезапно я почувствовал пинок и оказался там. И была гробовая тишина. Все что ты можешь сделать — играть и молиться. Опускаешь голову и надеешься, что в тебя не прилетит бутылка. Это превратилось в часть моего сценического поведения. Я научился нагибаться и продолжать двигаться. — Когда Бон Скотт стал вокалистом AC/DC в 1974 году, он уже поиграл с несколькими группами и у него был вкус к рок-н-ролльной жизни. Что вы о нем тогда думали? Бон присоединился к нам в довольно позднем периоде своей жизни, но в нем было больше молодости, чем в людях вдвое его младше. Дело в его мышлении, и я учился этому у него. Бон говорил мне: «Чтобы я ни делал, тебе это делать не следует». Да, за эти годы бывало пару диких ночек, но в основном они случались у других. Из-за формы школьника некоторые женщины пытались вести себя со мной как с сыном, они думали, что я милый, потому что я невысокий. Но для меня выступления всегда были важной вещью. Я никогда не смотрел дальше следующего концерта. В начале карьеры мои приятели говорили: «Должно быть, ты встречаешься с кучей девчонок…» Ну да, были немало девушек, но ни одна из них не хотела пойти домой со мной. Некоторые женщины подходили и делали, эм, смелые предложения, но я не знаю почему. В школьнике нет ничего сексуального, разве не так? — Летом 1976 года, когда группа впервые выступала в Великобритании, во время концерта на фестивале в Рединге вы впервые показатели аудитории то, что превратится в традицию — небольшой стриптиз на сцене. Что заставило вас сделать это в Рединге? Одна блондинка очень медленно прошла возле места, где стоят фотографы, прямо перед сценой, и тридцать тысяч глаз следили за ней. Он украла все внимание. Малькольм сказал мне: «Сделай что-нибудь, чтобы вернуть внимание толпы!» Так я и скинул штаны. — И с тех пор публика AC/DC кричит «Скинь с себя!» (‘Get ’em off!’) Я всегда думал, что они кричат «Скинь себя!» (‘Get ’im off!) — Малькольм говорил, что голос Бона и его остроумные тексты дали группе свой собственный стиль. Бон называл себя «граффитистом туалетных стен». У него было немало комплиментов для самого себя! Но и он мог сделать историю из чего угодно. «She’s Got Balls» была про его первую жену. По его словам, он написал «Problem Child» про меня, но знаете, у меня никогда не было ножа, как говорится в песне. Мой отец забрал у меня нож, когда мне было четыре. Я считал, что и гитару иметь — достаточно «плохой» поступок. Но да, Бон в целом описал меня в двух словах. — «Он мог использовать одно слово…» Это правда (смеется). Из четырех букв! — 30 апреля 1978 года AC/DC играли в театре Apollo в Глазго, городе, где вы с Малькольмом родились. И из этого получился один из величайших лайв-альбомов в истории — If You Want Blood You’ve Got It. Это был волшебный концерт. Одна ночь, расстроенные гитары, реакция публики, пердящий вокалист и прочее… — В 1979 году у группы появился первый альбом, продавшийся миллионным тиражом, — Highway To Hell. Этот альбом сделал нас звездами в Америке.