чат Ростов.ком PRO

*Обращение филолога!!* Мы говорим на языке оккупантов — добровольно. Не под дулом автомата. Не потому что нас заставляют. А потому что стали считать это нормой. Наш родной язык задыхается — не от ненависти, а от равнодушия. От глянцевого, модного мусора, которым мы его завалили. Заходишь в торговый центр — и тонешь в языковом коллаже: шоппинги, бутики, барбершопы, клининги, маркеты, маркетплейсы, букинги… Среди всего этого — одно слово по-русски: "Баня". Потому что париться по-русски всё ещё не запрещено, а душу по-английски не отогреешь. В кофейнях — не завтрак, а бранч. Не пирог, а кейк. Не каша, а поридж. И Иван-чай тебе не нальют — предложат фреш, латте или чиай латте макиато с соевым молоком. Сидишь на ланче, ешь бейгл — чувствуешь себя почти иностранцем. Даже если всю жизнь прожил в Пскове. На груди — "NY", на спине — Union Jack, а у кого-то и вовсе лэйбл Dolce & Gabbana, как визитка идеологического импортозамещения. На работе — дедлайны, коучи, девелоперы, сейлы, аксепты, фичи, фидбэки, кипиаи, хеджирования, фронт-офисы, бэк-офисы… Кто всё это? Люди или юзеры? Команда или аутстафф? В медиасреде — ад на всех частотах: шоураннеры, спикеры, инсайты, селебы, мейкапы, каверы, челленджи, лайфстайлы, флешбэки, трибьюты, инфлюенсеры, контент, релизы, саундтреки, рисерчи… Это не английский язык. Это суржик. Языковая каша с претензией на стиль. Мы не просто теряем слова. Мы теряем ощущение себя. Мы больше не хотим быть собой. Мы хотим быть кем-то другим — хоть по-одежде, хоть по-речи. И это страшно. Ведь язык — не просто способ общения. Это — отражение нашей свободы. Это наш код. Наш оберег. Наш ДНК. И когда он исчезает с улиц, кафе, эфиров, рекламы и приложений — исчезаем мы. Как народ. Мы добровольно в оккупации. Внутренней. Мягкой. Без войны. Но с тяжёлыми последствиями. Можно ли выбраться? Можно. Начать — с малого. Обязать публичную сферу использовать русский язык. *Закон о защите языка уже есть — просто начать его применять.* Ведь даже не потому пишут по-английски, что это нужно иностранцам. Нет. Пишут, чтобы выглядеть «своими среди чужих». Или точнее — «чужими среди своих». Стыдятся быть русскими. А это уже не просто языковой вопрос. Это — вопрос идентичности. Когда-то оккупанты меняли вывески и названия, чтобы стереть лицо страны. Сегодня мы делаем это сами — и сами себя обезличиваем. *Пора остановиться!!!* Пора снова говорить по-русски. Гордиться тем, кто мы есть. Иначе скоро останется только слово "СПА" — над последней баней, в последнем городе, где ещё кто-то помнит, как звучит живое русское слово.