Александр Пасечник Chat

Среди боевых спортсменов, как раковая опухоль, развивается тяга к язычеству. Им, беднягам, кажется, что Иисусик такой добренький и сладенький, что им — крутым парням, которые в зеркало не улыбаются, эта вера не подходит. Им подавай что-нибудь с Вальгаллой, топорами, длинными волосами, вздутыми мышцами, звериным рыком... Кто бы им объяснил, что Христос сильнее всех? Вот вижу в очередной раз, что всё зло от незнания Писаний (Златоуст). Исайя о Мессии говорит: «Чудный, Советник, Бог крепкий, Властитель, Начальник мира, Отец будущего века». Бог крепкий — Эль Шаддай — это имя, с которым Бог Аврааму являлся. «Господь крепок и силен, Господь силен в брани (т. е. на войне)» — это уже псалмы. В Апокалипсисе Христос предстает как Воин, забрызганный кровью. Из уст Его исходит острый с обеих сторон меч. Он ссечет головы всех врагов Своих и сокрушит, как горшки глинянные, всех надменных. Целые народы будет пасти жезлом железным. Истинный Христос грозен и велик. Страшен для бесов. Это Царь над Царями. Он может дать жизнь и может отнять ее, свести в ад и возвести обратно. Самый лучший Господь для бойцов и силовиков. Силу имеет, но силой не спешит пользоваться. Благородный, терпеливый, сострадающий, вступающийся за слабых. Какого вам еще Бога надо? Другого не будет. Нет других богов. И те, кто мышцу подкачал и научился по мешку бить, если думают, что Христос не для них, то глубоко заблуждаются. Мозоли на кулаках есть, а мозгов нет. Или совесть замерла. Русский — это православный христианин. А русский боец — это самый лучший христианин. Он боли не боится и за слабого вступиться готов. И гордиться не хочет, ибо истинный силач всегда скромен. Вот оно — христианство, оно же и рыцарство. Молюсь, чтобы все наши русские боевики-рукопашники познали Христа и поклонились Ему. Здесь истина. Остальное — гордый лепет и пустое бульканье. Это я, собственно, после разговора с Федором разразился мыслью. Федор был на службе, после мы пообщались. Хочется вспомнить Суворова: «Чуд

Годовщина ГКЧП подкралась как-то незаметно. 1991 г. - это контрреволюция по отношению к 1917 г. Однако, точно так же, как реставрация Бурбонов во Франции в 1815 г., она не смогла полностью отмотать время назад и стереть все достижения СССР. Почему эта контрреволюция стала возможной? Потому что в конце 50-х гг. СССР начал "сворачивать не туда" - вместо усиления плановости и регулируемости экономики руководители-практики, "хозяйственники" решили, что гораздо проще (с точки зрения решения сиюминутных задач) расширять самостоятельность хозяйствующих субъектов. В целом этот процесс быстрее пошёл в "гражданской" экономике, тогда как экономика "военная" во многом сохранила старые принципы управления (в известной степени и до сегодняшнего дня). Усиление самостоятельности хозяйствующих субъектов было горячо поддержано хозяйственной номенклатурой, которая также приветствовала свертывание планирования "сверху". Потому что ни один начальник не любит начальника над собой и тем более не любит достигать плановых рубежей. Этот "поворот не туда" постепенно сказался в раздвоении сознания - на словах мы строили социализм, а на деле всё большую роль приобретали несоциалистические формы хозяйствования. На словах власть была в руках трудящихся, а на деле - номенклатуры, хотя народ уже дозрел до способности брать на себя часть задач по учёту и планированию. Тут сыграли свою отрицательную роль семейные ценности. Я уже писал, что старая патриархальная семья, перестав быть хозяйственной ячейкой, неизбежно разрушается, но семейная мораль продолжает существовать (некоторое время) - а эта мораль оправдывает почти любое нарушение общественных норм ради семьи. В частности, тащить с завода в семью или устраивать детей с помощью блата - оправдывалось тем, что это семья. Это порождало двойственность сознания, "советское лицемерие", ощущение вранья вокруг. Советская партийно-хозяйственная номенклатура стала тем слоем, который и приватизировал общенародное имущество в свою пользу. Однако на вт