Три миллиона лет назад огромный вулкан провалился под землю и остался кратер Нгоронгоро, лежащий посреди гор. Там поселились разные звери. Зебры, буйволы, носороги, бегемоты, фламинго, а также львы, которые сделали обед из всего ранее перечисленного. И живут они себе в закрытой экосистеме. В своем диком мире, со своими законами.
#Танзания #Нгоронгоро #Тарангири
СЦЕНА 7. НАКУПЕНДА
Раздолбанная лодка под парусом несет их на остров Накупенда. Песчаная коса в Индийском океане похожа на Мальдивы, только Мальдивы хотя бы не тонут. Ее называют «Исчезающий остров» — появляется во время отлива, а с приходом прилива скрывается под водой.
— Чувствую себя доисторическим животным, — переживала Ольга Юрьевна. — Даже у бразильцев тут есть фейстайм и вотсап. А у нас даже МАХ не ловит. Мы хуже бразильцев...
Пока оголодавшая группа туристов уничтожала пикник из пережаренных в масле морепродуктов, Даша и Ольга Юрьевна плескались в прозрачных волнах, вытаскивая из воды морских звезд. Звезде достаточно тридцати секунд без воды, чтобы умереть. Они не знали. Дохлые морские звезды усеивали путь наших героинь.
Выйдя на берег, барышни увидели, что их лодка отплыла. Накупенда была закидана пластиковыми тарелками, которые летали по острову, как НЛО, и остатками риса. Группа ушла в закат. Экотуризм, блин.
Ночевать предстояло на необитаемом острове, который начал постепенно погружаться под воду. Вай-фая по-прежнему не было. Ольга Юрьевна обошла весь архипелаг за пять минут и вернулась с важным открытием — нашелся заснувший бразилец. Его, судя по всему, тоже оставили свои же. Вода прибывала.
Он связался по какой-то космической связи с берегом, и вскоре на горизонте показалась белоснежная яхта. Стоя по пояс в воде, все трое махали панамами. Спасатели втащили бедолаг на борт и запустили мотор.
— Мы требуем вернуть деньги за экскурсию и заплатить за моральный ущерб! — Даша связалась с туроператором.
— Как такое могло произойти с приличными людьми! — сокрушалась Ольга Юрьевна, хотя приличные люди обычно не вытаскивают из воды дохлых звезд и не ночуют на тонущих островах.
— Когда все собрались на борту, какая-то женщина в синем сказала, что вы познакомились с бразильцами и уплыли с ними на Занзибар, — оправдывалась туроператор. — Поэтому вас и не искали. Просим прощения! Следующая экскурсия для вас со скидкой.
— Все понятно, — вздохнула Даша. — Это месть Же
СЦЕНА 8. ЗАНЗИБАРСКОЕ #METOO
На третий день пляжного отдыха накатила усталость от назойливых масаев. Они знали всех по имени, продавали перья и бусы, интересовались, так ли плохо в России.
Самуэль, похожий на раннего Шамана, бойко говорит по-английски и втирается в доверие широкой улыбкой без одного зуба и круглыми клеймами на щеках. Это отличает его от фальшивых масаев, которые облачались в клетчатые красные накидки «шука» ради маркетинга.
— Сколько лет? — спрашивает он на ломаном русском.
— Двадцать шесть! — бодро рапортует Даша.
Самуэль драматично закатывает глаза и чертит на песке «18». Комплимент, стало быть. Даша тоже выводит на песке цифру «26».
Ольга Юрьевна, женщина с характером, ловко перехватывает инициативу:
— Это мне восемнадцать!
Самуэль как-то сдулся. Смотрит на Ольгу, потом на цифру, потом снова на Ольгу. Оглядывается по сторонам, словно ищет поддержки. Только позже туристки с ужасом узнали, что цифры на песке означали вовсе не возраст, а размер достоинства! Тут развиты разного рода услуги…
На следующий день Ольга Юрьевна купалась в лучах славы. Ее окружила элита побережья. Масаи дрались за право сидеть рядом с ней и картинно пили свежую коровью кровь с молоком.
Даша, порядком уставшая от болтливых масаев, увидела, как целое племя в красных накидках движется в ее сторону, и решила применить контроружие.
— I don’t speak English, — сказала она с каменным лицом.
Масаи замерли. Ольга Юрьевна, которая минуту назад отбивалась от поклонников на оксфордском английском, поняла — это гениально!
— Metoo! — выпалила она, вжимаясь в шезлонг.
Масаи переглянулись. Они не понимают хештега #MeToo. И слава Богу!
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…
#ЗанзиБайки #Занзибар
Каждый вечер мы наблюдаем, как на закате проплывают «веселые кораблики»: на палубе гремит колонка, все поют, танцуют и радуются жизни.
И тут к нам подошел масай и предложил приобрести билет на тот самый кораблик со скидкой. Обещал веселье. Конечно же, мы обрадовались такой удаче и в 4 часа ждали наше судно у причала. Поплыли ловить закат. Был местный ансамбль. С барабанами. Вместо дискотеки - сеанс шаманского транса. Кто-то из попутчиков медитировал, кто-то плакал, кто-то пил пиво. Никто не плясал.
Возвращаясь к причалу, мы увидели, как настоящий «веселый кораблик» уносит в океан очередную партию счастливцев.
А мы сделали вывод, что масаи - хорошие маркетологи😆 или может быть, у них другое представление о веселье?🤔
Генри Форд знал «квадрат миллионера» по нумерологии. Это хватило ему для того чтобы построить крутой бизнес! Можно и книгу не читать 🤣
Фотография нажмите — покажем
Фотография нажмите — покажем
СЦЕНА 9. ПО ВОДЕ АКИ ПО СУХУ
Скидку за неудобства предоставили, и наши героини отправились в Стоун Таун. В этом городе родился Фреди Меркьюри. Лодка подошла вплотную к берегу, группа русских туристов загрузилась на борт, и юнга поднял парус. Капитан держит курс на остров Квале, где растет самый большой 500-летний баобаб.
Фото с баобабом, фото с обезьяной, барбекю с пивом «Килиманджаро». И тут опять начался отлив. Лодку отогнали на километр от берега. Идти предстояло по острым кораллам и каменистому дну. Все ползут на четвереньках, чертыхаются.
— Я сейчас порежусь в ноль! — говорит Даша сквозь зубы. — Иду словно по терке для сыра!
Ольга Юрьевна спокойно ступает, как по паркету:
— Даша, а давай пойдем по воде аки по суху... И легким сделается наш шаг!
Даша, спотыкаясь о коралл, выдает:
— Ольга Юрьевна, вы прямо как Моисей, исходящий из Египта в Ханаан.
— Надо уверовать!
— Верую, что вы меня сейчас убьете своим оптимизмом! Лучше уж споем что-то из Богемской рапсодии, мы ж на Занзибаре! «Bismillah! No, we will not let you go! Let him go!
— LET ME GO-O-O!
Группа подхватила знакомый мотив. Спины выпрямились. «Женщина в синем» тоже встала с четверенек. И легким сделался наш шаг.
— Mama mia, mama mia, mama mia, let me go! — пела она вместе со всеми.
Туристы, позабыв про порезы и кораллы, легкой поступью аки по суху зашагали по обнажившемуся дну прямо в сторону далекого борта. С палубы капитан-занзибарец протяжно, с неподдельным африканским драматизмом подхватил финальное гитарное соло.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…
#ЗанзиБайки #Занзибар
СЦЕНА 10. АФРИКАНСКОЕ САФАРИ
Полет с Занзибара в Арушу. Самолет — нечто среднее между летающим автобусом и вентилятором. Пропеллеры, тряска, и в билете честно написано «any seat». Садишься куда попало, главное — успеть, пока дверь не закрыли.
В Аруше пересадка на джип, и пять часов по раздолбанной дороге в Нгоронгоро.
Кальдера Нгоронгоро — гигантская чаша, в которой природа устроила экосистему со своей растительностью и диким зверьем. Огромный кратер умершего миллионы лет назад вулкана, на дне которого поселились стада антилоп гну, зебр, диких кабанов, гиен, бегемотов, бородавочников и прочей живности и нечисти. Зоопарк 20 километров в диаметре.
Шестиместный джип рыскал по дорогам, останавливаясь у каждого суриката для видового фото. Выходить запрещено — звери могут перепутать туриста с едой.
— Дичь какая-то! — не к месту воскликнула Ольга Юрьевна, и никто не понял, про диких зверей она, дикие нравы или про дорогу.
Она мечтала о льве. Но льва не было. Видимо, ночью он сожрал зебру и теперь отсыпался в кустах с чувством выполненного долга. Группа тоже мечтала о льве. Им не хватало «королевской пятерки» — буйвола, носорога, леопарда и слона они уже сфотографировали, а вот царя зверей поймать не могли. Флеш-рояль в сафари почему-то не собирался.
— Короче, я пошла хотя бы бегемота поближе сфоткаю. — Ольга Юрьевна решительно вылезла через заднюю дверь «Тойоты». — Мне нужна текстура кожи, прожилки глаз…
Рейнджер с ружьем затащил ее обратно в джип. Группа недовольно загудела. Одни возмущались нарушением правил, другие — завидовали и переживали, что у них нет фото бегемота крупным планом.
— А если бы лев напал? Выскочил бы из саванны и порвал вас на клочки!
— Вы бы мне еще спасибо сказали, — парировала Ольга Юрьевна. — За эксклюзивный контент. И льва бы увидели с близкого расстояния. Если бы он был!
И тут лев вышел прямо на дорогу. Посмотрел на джип с таким выражением, будто перед ним были не туристы, а доставка обедов. Текстура кожи была видна. Флеш-рояль собрали.
СЦЕНА 11. МАССАЖ ПО-ЗАНЗИБАРСКИ
Ольга Юрьевна думала, что массаж будет выглядеть иначе. Белая простыня. Цветок в шелковистых волосах. Горка полированных камней... Вместо этого — стол из грубо отесанных досок и куском поролона. Циновка, которая помнит не одного туриста. Танзанийка с руками бывалого слесаря.
Камней не было. Цветка тоже. Под столом лежал нож. Крупный, с деревянной ручкой. Такими режут домашних свиней.
Рядом на таком же столе лежала Даша. Ее массировали нежно, с прибаутками. Вторая массажистка молчала. И явно халтурила, экономила масло и периодически переходила в режим энергосбережения. Даша поворачивает голову и спрашивает томно:
— Вам нравится?
— Я тебе потом расскажу, — сухо ответила Ольга Юрьевна.
Сейчас, с ножом под столом говорить, что «не нравится», казалось опрометчивым.
Начали следить за занзибарским спа-салоном «Мама Африка». Через пару часов наблюдений все встало на свои места. Сотрудницы, как заправские контрабандисты, вскрывали ножом жестяные банки с дешевым рапсовым жиром для бедных, купленным на местном базаре за три шиллинга, и с видом великих алхимиков переливали в стеклянные банки с этикеткой «Масло баобаба — премиум-класс». Цена на выходе вырастала в десять раз.
— Кажется мы стали участниками кулинарного шоу «Битва контрафакта», — улыбнулась Ольга Юрьевна, и Даша завершила мысль:
— Все равно никто не отличит баобаб от рапсового масла. Но можно догадаться, что будет с тем, кто раскроет тайны маркетинга Мамы Африки.
На следующий день они нашли спа-салон «У Патриции». И сделали ей кассу.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…
#ЗанзиБайки #Занзибар