Военно-исторический клуб «Потомки» Chat

Как дела у вас

В 1915 году Маяковского все же призвали в армию, но при содействии своих товарищей он попал в тыловую часть. «Забрили. Теперь идти на фронт не хочу. Притворился чертежником», – писал он в автобиографии.  Согласно официальным документам, поэт был прикомандирован к Учебной автомобильной роте, которую впоследствии преобразовали в Военную автомобильную школу. Служба в автошколе была довольно необременительной. Маяковский жил на частной квартире, пользовался порционным довольствием, сначала служил чертежником, а потом стал квартирьером. Так их обязанности описывал сослуживец поэта, художник Алексей Радаков: «Служба у нас была довольно странного порядка, несколько даже юмористического. Нам надо было расквартировать войска, пришедшие с фронта. Предположим, приезжает с фронта какая-нибудь часть. Например, приходят военные автомобили, велосипедисты, нам надо было находить соответствующее помещение в городе и представлять. Для этого надо было ехать в Думу, хлопотать и черт знает что». Помимо Маяковского и Радакова в автошколе служило немало представителей творческих профессий, интеллигенции и высококвалифицированных рабочих. Один из офицеров заметил, что «писарей там было больше, чем солдат». Служащим позволяли часто уходить в отпуска. После одного из таких отпусков Владимира Маяковского ждало удивительное открытие: за время своего отсутствия в январе 1917 года он удостоился серебряной медали «За усердие» на Станиславской ленте. Объективных причин для ее получения у поэта, по правде говоря, не было. Однако бюрократический аппарат работал, не делая исключений: вне зависимости от заслуг все «чины со старшинством 16 декабря 1916 года» награждались этой медалью. Спустя полгода Маяковский добьется признания его негодным к службе и летом 1917 года покинет Военную автошколу.