Антон Климов Чат

Неубедительные страсти: новый «Грозовой перевал» нашумел, собрал кассу, но вряд ли останется в истории. Журналист Антон Климов считает, что пришло время трезво взглянуть на широко разрекламированную экранизацию и подвести итоги первого хайп-кинопроекта года. Часть I (Часть II) Сейчас, когда все интернет-сообщество, побыв какое-то время футбольными экспертами, массово трансформировалось в специалистов по древнегреческой мифологии, уже как-то подзабылся тот факт, что еще весной всеобщие страсти кипели по поводу викторианской роковой любовной драмы Эмилии Бронте. Точнее по ее последней экранизации с Марго Робби и Джейкобом Элорди в главных ролях. А хайп был невероятный. И дурацкая затея выпустить картину в прокат 14 февраля, в День всех влюбленных, и круглосуточная рекламная накачка с обязательным пиар-романом исполнителей главных ролей. Разговоры «уже посмотревших» о «сумасшедшей химии» и «запредельных эротических страстях», творившихся в кадре и за ним, велись в режиме «из каждого утюга» и приправлялись регулярным упоминанием австралийца Элорди в качестве претендента на роль нового агента 007. Причины очевидны: ведь роль 007 подразумевает такую же неотразимость для женского пола, какой обладал знойный герой романа Эмилии Бронте. А мир уже знал австралийского Бонда Джорджа Лэзенби и Бонда Тимоти Далтона, сыгравшего Хитклиффа в экранизации 1970-го. Вот только сегодня зритель не увидел на экране ничего излишне обнаженного и откровенного, зато камера запечатлела много скрипящих викторианских диванов и, да, тотальное смысловое перемещение роковой любви Кэти и Хитклиффа в горизонтальную плоскость. Увы, абсолютная обязательная эмпатия зрителя к героям подобных историй в новой экранизации свелась к нулю. Герои Бронте, мягко говоря, не идеальны, но стервозно-истеричная Кэти в исполнении Марго и злобное животное Хитклифф, представленное на экране Элорди, побили все рекорды антипатичности. Поняв, что акценты расставлены с перебором, а краски сгущены не в том углу хол

Новый «Грозовой перевал» нашумел, собрал кассу, но вряд ли останется в истории: журналист Антон Климов считает, что пришло время трезво взглянуть на широко разрекламированную экранизацию и подвести итоги первого хайп-кинопроекта года. Часть II (Часть I) Создатели фильма элементарно не учли того факта, что в наше время, когда любой контент доступен за минуты, даже самый зеленый зритель тут же захочет сравнить новую версию с другими, а уж этот роман ими не обделен. И даже если кто-то не дотянется до совсем древней классики с Лоуренсом Оливье и Тимоти Далтоном или сериала с Томом Харди, то уж точно изучит нашумевший в начале 1990-х фильм Питера Козмински с блистательным актерским дуэтом Рэйфа Файнса и Жульет Бинош. И вот тут юного зрителя ждет мгновенный шок. Вот где настоящая химия, абсолютная органика в кадре, подлинный демонизм главного героя, настоящая любовь в глазах главной героини. Вот уровень актерской игры, до которого Элорди с Марго примерно как до Луны. Я не идеализирую экранизацию 1992-го. Вторая часть истории в нем, кстати, полностью опущенная в новом фильме, вызывает много вопросов: например, тот факт, что гример Файнса просто забыл прийти на съемки эпизодов «18 лет спустя». Но один ее просмотр может убить любые впечатления от просмотра проекта Марго сотоварищи. Что же мы имеем в итоге? Удачная касса (241 млн долларов при бюджете в 80), укрепившая резюме Марго как продюсера и self-made woman. Средний рейтинг (6,2 из 10 на IMDb и 57-59% на Rotten Tomatoes), посредственная пресса и крайне сомнительные оскаровские перспективы. Даже инклюзивная повесточка в лице служанки, которую играет актриса вьетнамского происхождения, вряд ли поможет. Только озадачит зрителя вопросом, каким образом в викторианской Англии могла оказаться вьетнамка, ведь на момент опубликования романа Вьетнам даже французской колонией еще не был. Если этому «Перевалу» и светят статуэтки, то разве что по части костюмов и операторской работы. Реально впечатляющей, между прочим. Шведский