Антон Поляков (Poly_invest)

Почему длинные ставки остаются такими высокими? Возможность или ловушка? Сейчас не всегда работает логика, что мол, ЦБ снижает ставку и значит, пора покупать длинные ОФЗ. Да, ставки идут вниз, пусть и медленно, старые облигации с высокими купонами дорожают, инвестор получает и купон, и рост тела. Чем длиннее выпуск, тем сильнее переоценка. Казалось бы, бери ОФЗ на 10-15 лет, садись поудобнее и жди продолжения цикла снижения ставки. Но есть одна проблема. Ключевая ставка уже 14%, а доходности длинных государственных облигаций находятся выше 16%. Причем чем дальше срок, тем дороже государству приходится занимать. Это довольно странная картина, если рынок действительно верит в спокойное возвращение ставок к однозначным значениям. Или все же не верит? #ИнвестАнализ Ключевая ставка это цена денег сегодня, решение ЦБ на ближайший отрезок времени. А облигация на 10-15-20 лет совсем другая история. Покупая ее, вы фактически готовы зафиксировать условия на очень долгий срок. Сейчас рынок смотрит намного дальше очередного заседания ЦБ. Что будет с инфляцией через 2-3 года? Каким останется бюджетный дефицит? Сколько новых ОФЗ придётся разместить Минфину? Насколько быстро действительно удастся снизить ставку? Не придется ли через год снова ее повышать? Никто, даже самый гениальный аналитик, не ответит на этот вопрос абсолютно точно. Поэтому, в цену длинной облигации приходится запихнуть ответы на все эти вопросы. И если ответов нет, рынок просто требует дополнительную доходность за неопределенность. Да, ближайшие месяцы могут быть спокойнее, а вот следующие 10 лет люди пока не готовы фиксировать по 12–13%. Если через год рынок поверит в устойчивое снижение инфляции и инвесторов устроит 11–12%, ваша облигация действительно заметно подорожает. Ради этого сценария многие сейчас с волнением смотрят на длинный конец кривой и следят за высказываниями ЦБ. Но если инфляция окажется упрямее, бюджет потребует больше заимствований, а рынок возможно начнет требовать уже не 16%, а

Для валютного курса важна не цена нефти, а реальный денежный поток Курс рубля исторически принято жестко привязывать к цене нефти. Мол, цена растет, рубль должен укрепляться, и наоборот. Но рубль зависит не столько от мировой цены нефти как таковой, сколько от реального потока валюты в страну и из нее. Причем зависимость бюджета от нефтегазового сектора действительно заметно снизилась. В январе–июле 2026 года нефтегазовые доходы федерального бюджета составили 4,595 трлн рублей при общих доходах 22,112 трлн, т.е.около 20,8%. Для сравнения в 2014 году на нефтегазовые доходы приходилось 51,3% всех доходов федерального бюджета. #ИнвестАнализ Не стоит забывать, что в моменте сильно сократилась переработка в топливо. В разгар проблем потери доступных нефтеперерабатывающих мощностей оценивались примерно в четверть от общероссийского уровня. Это не просто выбило часть объема из привычного потребления, но и поменяло структуру торговли. Что-то приходится оставлять внутри страны, ограничивая экспорт, а отдельные виды топлива завозить дополнительно. При временном снижении предложения экспортные ограничения самый очевидный способ исправить ситуацию внутри страны. Запрет на экспорт дизельного топлива российскими производителями продлился до конца сентября, экспорт бензина ограничен до 31 января 2027 года. Для валютного баланса это двойной удар, потому что товар, который вчера продавался за валюту, сегодня потребляется внутри страны за рубли, и поток экспортной выручки уменьшается. Одновременно часть топлива приходится импортировать. К началу июля из Индии в Россию уже было направлено не менее 60 тыс. т бензина, а общий план импорта из разных стран оценивается примерно в 400 тыс. т в месяц, что покрывает около 12% месячного спроса. Локальные трудности при этом повышают стоимость обеспечения внутреннего рынка. Топливо приходится быстрее и дальше перебрасывать между регионами, менять привычные логистические цепочки, формировать дополнительные запасы. Часть расходов в ито

Нефть продолжает быть завязана на ситуации с Ближним Востоком. Brent вернулся выше 100$ потому, что маршруты вывоза нефти оказались под еще большим давлением и атаками. Добычу нарастить не проблема, но если танкера по прежнему не могут безопасно пройти пролив, для покупателя этого барреля почти не существует. Напомню, что до конфликта через пролив проходило около 1/5 части мировой нефти, и полноценной замены этому маршруту нет. #ИнвестАнализ В сентябре напряжение снова резко выросло и после американских ударов по иранским нефтяным танкерам Иран атаковал суда возле Ормуза и нефть снова пробила уровень 100 за баррель. На другом конце Аравийского полуострова хуситы резко продвинулись вдоль западного побережья Йемена и заняли более 4,2 тыс. квадратных километров, включая остров Перим. На карте он выглядит почти точкой, но расположен ровно в Баб-эль-Мандебском проливе между Красным морем и Аденским заливом. Такая география делает Перим исключительно важной позицией для контроля безопасности судоходства через эту горловину. Мировое сообщество уже почти увидело близость завершения конфликта, но такое ощущение, что конфликт продлится дольше, чем все думали изначально. Сейчас Ормуз работает с перебоями, Саудовская Аравия может часть нефти отправлять на запад по трубопроводу East-West к терминалам Красного моря, минуя Персидский залив. Но теперь хуситы вышли к Периму и расположенному напротив району Дхубаб, а сам East-West подвергся атаке беспилотников и был временно остановлен. Трубопровод East-West длиной около 1200 километров, способный перевозить до 5 млн б/с (порядка 5% мирового предложения). Он позволял Саудовской Аравии отправлять сырье к Красному морю в обход Ормуза. Но нефть, дошедшую до западного побережья, ещё нужно погрузить на танкер и провести через Баб-эль-Мандеб. Уже 2 выхода нефти с Ближнего Востока оказались под давлением. Поэтому на пике сентябрьской эскалации Brent подходил к 108–110 за баррель. Трейдеры частично сняли самые панические став