Пиратская Партия России — открытый чат

Как Калифорния учится регулировать open source Открытый код плохо сочетается с законами, написанными для централизованных платформ. Tech Policy Press разбирает два примера из Калифорнии, показывающих, как регулирование цифровой безопасности может столкнуться с самой архитектурой open source. Первый пример - Digital Age Assurance Act, закон об инфраструктуре подтверждения возраста. Он предусматривает передачу приложениям сигнала о возрастной категории пользователя через операционную систему. Для централизованной платформы это относительно понятная схема: есть оператор системы, учётная запись, инфраструктура и возможность контролировать техническую реализацию. Но в мире свободного программного обеспечения устройство может быть совершенно другим. Linux-дистрибутив или другая открытая ОС может поддерживаться сообществом, не иметь единого оператора и вообще не использовать централизованные пользовательские аккаунты. Поэтому требование реализовать централизованный механизм подтверждения возраста на уровне каждого такого проекта плохо соответствует реальной модели разработки. Калифорнийский закон AB 1043 был принят в 2025 году, а основные положения должны начать действовать с 2027 года. В последующей законодательной работе учитывались вопросы применения требований к различным участникам программной экосистемы. Второй пример связан с происхождением контента, созданного генеративным ИИ. California AI Transparency Act требует от определённых разработчиков обеспечивать технические данные о происхождении созданного контента. Саму задачу автор статьи не ставит под сомнение: пользователю может быть важно понимать, откуда появился файл и использовался ли при его создании ИИ. Проблема возникла с механизмом ответственности. Первоначальная версия закона предусматривала отзыв лицензии, если лицензиат изменил систему так, что она больше не могла выполнять предусмотренные требования. Для традиционного коммерческого программного продукта такой механизм может быть понятен. Но свобод

Трафик вернулся в график Использование VPN может стать платным Минцифры вновь обсуждает с операторами связи введение платы за использование международного трафика свыше определенного лимита. По данным “Ъ”, речь идет о платеже за объем свыше 50 Гб международного трафика, но именно в сетях 5G. У операторов связи пока нет для этого необходимой технической возможности, так как трафик 5G идет через LTE-сети, поэтому, если такое решение и будет принято, реализовать его быстро не получится. Власти вернулись к идее ввести плату за международный трафик на мобильных сетях, рассказал “Ъ” источник, знакомый с ходом обсуждения. По его словам, Минцифры обсуждает с операторами связи введение платы за пользование свыше 50 Гб международного трафика в сетях 5G. По его словам, ранее министерство заявляло, что система должна заработать в октябре, однако у операторов связи сейчас нет технического решения, как такое предложение реализовать. «Сроки могут сдвинуться»,— добавляет он. Еще один собеседник “Ъ” на рынке говорит, что вопрос введения платы за трафик «с повестки не снимался»: сейчас обсуждаются разные варианты, в том числе по объему трафика, однако конкретного решения пока нет. При этом, говорит он, реализовать идею с взиманием платы за международный трафик в сети 5G «технически невозможно», так как сейчас трафик 5G идет через LTE-сеть. В начале сентября «большая четверка» операторов официально запустила 5G в 16 городах РФ, доступ к скоростной сети тогда получили 10 млн абонентов (см. “Ъ” от 11 сентября). В Минцифры “Ъ” не ответили. В «Вымпелкоме», «МегаФоне», МТС, «Т2 Мобайл» отказались от комментариев. Весной Forbes писал, что Минцифры попросило операторов связи до 1 мая 2026 года ввести плату в размере 150 руб. за гигабайт международного трафика сверх лимита в 15 Гб. Затем источники “Ъ” сообщали, что власти не планируют обязывать мобильных операторов вводить плату за международный трафик для абонентов до осенних выборов в Госдуму (см. “Ъ” от 21 мая). Перед Минцифры поставлена

Общий код вместо повторной разработки: опыт Дании Исследователь Йохан Линакер опубликовал исследование о том, какие структуры и компетенции нужны государственному сектору Дании для совместной разработки, повторного использования и долгосрочной поддержки свободного программного обеспечения. Исследование подготовлено по заказу Датского агентства цифрового правительства и ассоциации муниципалитетов Дании. Его предмет - не отдельные программы, а организационная инфраструктура, которая должна позволять государственным организациям системно работать с open source. Авторы используют понятие OSPO (Open Source Program Office) - подразделение или организацию, которая помогает внедрять, разрабатывать, публиковать и совместно поддерживать свободное программное обеспечение. В исследовании предлагается не создавать единую централизованную структуру, а сформировать распределённую сеть OSPO на национальном, региональном и муниципальном уровнях. Причина такого подхода связана с тем, что само наличие открытого исходного кода ещё не решает проблему зависимости от поставщиков. Государству нужны специалисты, процессы закупок, юридическая экспертиза лицензий, финансирование разработки и сопровождения, инфраструктура совместной работы и механизмы управления проектами. Исследование выделяет десять необходимых направлений: перевод политических целей в практические правила, поддержку закупок, управление лицензиями, инвестиции и приоритизацию проектов, общую цифровую инфраструктуру, сопровождение государственных open source-проектов, измерение результатов, внутренний обмен кодом между государственными организациями, развитие сообществ и обучение специалистов. Отдельно рассматривается проблема так называемого vendor lock-in - зависимости от конкретного поставщика, при которой переход на другую технологию становится технически или экономически затруднительным. Open source, по мнению авторов исследования, позволяет создать более реалистичную возможность смены поставщика или адаптации систе

Анархо‑мютюэлизм: идея общества на основе взаимности Анархо‑мютюэлизм одно из ранних направлений анархической мысли, которое ставит во главу угла принцип взаимности и добровольного сотрудничества. Его главная идея проста общество может держаться не на власти и принуждении, а на справедливых, равноправных отношениях между людьми, прежде всего в экономике. Ключевой теоретик мютюэлизма Пьер‑Жозеф Прудон, французский мыслитель XIX века, который первым открыто назвал себя анархистом В чём суть идеи Мютюэлизм строится вокруг нескольких базовых принципов. Взаимность и справедливый обмен. Стоимость товара должна определяться вложенным в него трудом, а обмен происходить на равноправной основе, без наживы и спекуляции. Беспроцентный кредит и взаимная поддержка. Прудон предлагал создать «Народный банк», который выдавал бы беспроцентные ссуды трудящимся и ремесленникам. Это должно было освободить мелких производителей от зависимости от ростовщиков и крупного капитала. Самоуправление и свободные ассоциации. Люди объединяются в товарищества и кооперативы по собственному желанию, сами управляют своей работой и распределением ресурсов. Иерархия и внешнее принуждение здесь не нужны. Федерализм. Отдельные общины и ассоциации могут объединяться в более крупные структуры на добровольных началах, сохраняя автономию и право самостоятельно решать внутренние вопросы. Историческая практика Идеи мютюэлизма находили отклик в среде ремесленников и рабочих Франции первой половины XIX века. Существовали так называемые общества взаимной поддержки. Участники скидывались в общую кассу, чтобы помогать товарищам в трудные времена, делились оборудованием, обменивались опытом. Прудон даже попытался воплотить свои идеи на практике, открыв Народный банк, но проект просуществовал всего пару месяцев из‑за давления властей и юридических проблем. Позже мютюэлистские идеи распространились в Англии и США, где их развивали такие мыслители, как Бенджамин Такер. В разных формах принципы взаимности проявляли

Открытый код как способ передачи технологий CASRAI опубликовала руководство о лицензировании программного обеспечения с открытым исходным кодом при передаче технологий из университетов в бизнес и научное сообщество. Документ интересен тем, что рассматривает open source не как противоположность коммерциализации, а как один из механизмов распространения и использования результатов исследований. Когда университетская лаборатория создаёт программу - например, систему анализа данных, симулятор, драйвер оборудования или научный пакет, - перед технологическим офисом возникает вопрос, что делать с результатом. Можно попытаться найти коммерческого лицензиата, можно опубликовать код под открытой лицензией, а в некоторых случаях - использовать оба подхода одновременно. При этом "open source" не означает отсутствие лицензии или отказ от авторских прав. Правообладатель сохраняет авторские права, но предоставляет другим определённые права на использование, изменение и распространение программы на условиях выбранной лицензии. CASRAI отдельно разбирает несколько распространённых вариантов. Разрешительные лицензии (permissive licenses), такие как MIT и Apache 2.0, позволяют использовать, изменять и распространять код, в том числе включать его в закрытые коммерческие продукты. При этом Apache 2.0 содержит явное предоставление определённых патентных прав, тогда как MIT отдельной патентной оговорки не содержит. Лицензии семейства GPL используют другой подход - копилефт (copyleft), то есть требуют сохранять определённые свободы при распространении производных или объединённых работ. Для GPL и AGPL это может существенно ограничивать возможность построить полностью закрытый продукт поверх соответствующего кода. LGPL и MPL используют более ограниченный вариант копилефта. Важна и совместимость лицензий. Например, Apache 2.0 совместима с GPLv3, но не с GPLv2. Поэтому лицензирование нельзя оставлять на конец разработки: несовместимая зависимость может создать проблемы уже перед публика

Open source против зависимости от одного владельца Что происходит, когда популярный open source-проект контролируется одной коммерческой компанией, а затем эта компания меняет его лицензию? Исследование Дона Фостера и Мэта Гермонпреца в Information Systems Journal рассматривает три таких случая: Elasticsearch → OpenSearch, Terraform → OpenTofu и Redis → Valkey. Авторы изучили происходившие вокруг них изменения в сообществах и управлении проектами. Статья опубликована 8 сентября 2026 года и доступна бесплатно. Авторы используют понятие «коллективные угрозы действия» - накопленные эффекты действий участников open source-проекта, которые могут влиять на его функционирование и устойчивость. Среди них выделяются «фрирайдинг» - использование проекта без достаточного вклада в него, «загрязнение» - вклад, не соответствующий целям проекта, нарушение правил и «бунт» - уход участников из проекта из-за недовольства его владельцами. В исследованных случаях важным триггером становилось релицензирование - перевод проекта на другую лицензию, часто с дополнительными ограничениями. После этого часть участников могла отказаться от дальнейшей работы с исходным проектом и создать hard fork (жёсткую ветку) - отдельный проект, развивающий код и управление независимо от первоначального владельца. Так появились OpenSearch после изменения лицензии Elasticsearch, OpenTofu после изменения лицензии Terraform и Valkey после изменения лицензии Redis. В случае OpenTofu, например, манифест с требованием вернуть проект под open source-лицензию поддержали более 100 компаний и 1000 человек ещё до создания форка. После этого проект стал самостоятельным и присоединился к Linux Foundation, а позднее - к Cloud Native Computing Foundation. При этом степень зависимости от одного владельца сильно различалась. В Terraform подавляющая часть значимых вкладов до и после изменения лицензии приходилась на сотрудников HashiCorp: за год до релицензирования среди участников с пятью и более коммитами было 21 сот