Йосеф Элиэзер Фридлянд

Когда после очередного страшного убийства звучит объяснение «он был психически больным», стоит помнить о цифрах. В одном из крупнейших исследований сравнили более 8 тысяч пациентов с шизофренией и 80 тысяч человек без этого диагноза. У больных шизофренией, которые не злоупотребляли алкоголем и наркотиками, риск насилия был лишь немного выше, чем у остальных. При сочетании шизофрении с алкоголем или наркотиками он возрастал уже в несколько раз. В Англии и Уэльсе 81% мужчин с шизофренией, совершивших убийство, имели проблемы с алкоголем или наркотиками. У 94% присутствовало либо злоупотребление веществами, либо отсутствие нормального лечения. И здесь важно не перепутать причину и ярлык. Алкоголь и наркотики сами по себе являются мощным фактором риска насилия — в том числе у людей вообще без психиатрического диагноза. Они снижают контроль импульсов, усиливают агрессию, паранойю и риск опасного поведения. Поэтому после каждого чудовищного преступления автоматически объяснять его «психической болезнью» не только неточно, но и несправедливо. Миллионы людей с тяжелыми психическими расстройствами никого не убивают и сами гораздо чаще становятся жертвами насилия, чем его источником. Стигматизировать всех психически больных удобно. Гораздо сложнее признать, что самостоятельная роль алкоголя и наркотиков в тяжелом насилии огромна — и именно на нее слишком часто закрывают глаза.

Заголовок «напавшего на монахиню оправдали» создаёт совершенно неправильное впечатление, будто человека просто отпустили. На самом деле суд установил, что нападение совершил именно он, но признал его невменяемым в момент преступления. Поэтому вместо тюрьмы он направлен на принудительное лечение в закрытое психиатрическое отделение — в данном случае с максимальным сроком до шести лет. И это не более мягкий вариант тюрьмы. Человек находится там принудительно и не может просто уйти. Врачи отделения не могут сами его выпустить: послабления, отпуска и освобождение проходят через специальную независимую психиатрическую комиссию. На практике к этому идут постепенно, после длительного наблюдения и уже после стабилизации состояния. Само по себе улучшение не означает немедленной выписки. Да, комиссия может несколько сократить срок. Но и из обычной тюрьмы возможен досрочный выход. Поэтому принципиальной разницы в этом смысле нет. Более того, после окончания тюремного срока человек выходит на свободу, если нет других законных оснований для его содержания. А если после окончания судебного срока в психиатрическом отделении человек всё ещё находится в психозе и остаётся опасным, принудительное лечение может быть продолжено уже на другом правовом основании — без заранее установленного конечного срока, с периодическими проверками того, сохраняются ли основания для госпитализации. Так что формулировка «оправдали» здесь юридически возможна, но для обычного читателя она крайне вводит в заблуждение. Его не отпустили. Просто вместо тюрьмы он проведёт годы в закрытой психиатрии — и это совсем не курорт и не свобода. Многие люди, если бы им действительно предоставили такой выбор, предпочли бы отбывать срок в обычной тюрьме, а не в закрытом психиатрическом отделении. И вот здесь особенно вредны статьи, написанные людьми, которые плохо понимают, как работает судебная психиатрия. После скандального видео, где религиозный еврей нападает на монахиню, читателю сообщают одной фразой: «его оправда

Сектанты в БТР: как внешние раввины сорвали боевую операцию ЦАХАЛа Трое бойцов батальона «Ротем» бригады «Гивати», действующего в секторе Газа, отказались выполнять боевое задание, потому что в «Намере» находилась женщина-парамедик. Не на учениях и не в тылу. В Газе, во время войны. Командир объяснил срочность операции, раввин бригады разрешил ехать, но бойцы предпочли указания внешних раввинов. Остальные отказались их заменить, и операция была сорвана. Парамедик пришла не соблазнять хранителей святости, а спасать им жизнь. Но для сектантов женщина оказалась страшнее врага. Видимо, при ранении они тоже потребуют, чтобы она останавливала кровотечение через перегородку. По данным «Седьмого канала», запрет дали рав Цви Костинер, глава ешивы в Мицпе-Рамоне, и рав Шломо Шушан, глава ешивы в Бейт-Шеане. Если эта информация верна, их смиха должна отправиться в генизу. Раввин, ставящий собственные выдуманные устрожения выше решения раввина бригады, приказа командира и боевой необходимости, превращает Тору в инструмент разрушения армии. Они не защитили иудаизм. Они навредили армии, сорвали боевую операцию в Газе и унизили военнослужащую, от которой завтра может зависеть их собственная жизнь. Если женщина-парамедик пугает бойца сильнее врага, проблема не в женщине и не в иудаизме. Проблема в сектанте, надевшем форму ЦАХАЛа, но так и не ставшего солдатом. Но самое позорное произошло после. Прошло уже два дня, а ЦАХАЛ так и не сообщил о результатах расследования и не объявил о персональном наказании тех, кто отказался выполнить приказ и сорвал операцию. Видимо, армия всё ещё решает, разрешено ли солдатам во время войны заменять командира телефонным раввином, а боевое задание — собственными выдуманными устрожениями.

Если антисемиты хотят найти настоящий еврейский заговор, они почему-то зря ищут его в банках и Голливуде. Надо было заглянуть в детскую. В этом году вышла книга социолога Майкла Киммела «Playmakers» о поразительно большой роли еврейских иммигрантов и их детей в создании американской индустрии игрушек. И список получается совершенно неприличный. Американского Teddy Bear в 1902 году сделали в своей бруклинской лавке еврейские иммигранты Моррис и Роуз Мичтом. Увидели карикатуру на Теодора Рузвельта, сшили медвежонка, назвали «Teddy’s Bear», а из успеха выросла компания Ideal. Справедливости ради, почти одновременно своего плюшевого медведя независимо придумали в немецкой Steiff. Barbie придумала Рут Хэндлер, дочь польских еврейских иммигрантов и соосновательница Mattel. Hasbro вырос из Hassenfeld Brothers, бизнеса братьев Хассенфельд, еврейских иммигрантов из Польши. И даже история G.I. Joe прекрасна. Идею «куклы для мальчиков», которую затем назвали action figure, предложил Стэнли Уэстон, урождённый Вайнштейн, а превратила её в G.I. Joe компания Hasbro. Игрушечные поезда Lionel создал Джошуа Лайонел Коуэн, родившийся Коэном в семье еврейских иммигрантов. Madame Alexander, одна из легенд американской кукольной индустрии, была Беатрис Александер, дочерью русско-еврейских иммигрантов. А потом ребёнок закрывал коробку с игрушками и попадал в мир книг и комиксов, где его снова поджидали Морис Сендак, Джек Кирби и множество других еврейских авторов и художников. Самая интересная мысль Киммела не в подсчёте евреев. Многие из этих людей были детьми бедных иммигрантов и сами росли совсем не в том беззаботном мире, который потом создавали для американских детей. По выражению автора, они создавали материальную культуру детства, которого у них самих не было. Так что еврейский заговор по захвату американского детства, похоже, действительно существовал. Правда, вместо мирового правительства получились плюшевый мишка, Барби и G.I. Joe.

А теперь немного политической нейробиологии. Почему постоянное нагнетание страха объективно выгодно консервативной антилиберальной коалиции? В 2011 году Kanai и соавторы обнаружили корреляцию между более консервативными политическими взглядами и большим объемом серого вещества правой амигдалы. В 2024 году эту связь проверили на значительно большей пререгистрированной выборке из 928 человек. Связь с консерватизмом воспроизвелась, хотя размер эффекта оказался небольшим. Есть и функциональные данные. В исследованиях принятия решений при риске более консервативные участники демонстрировали особенности активации амигдалы и других структур, участвующих в обработке страха. При этом амигдала не является просто «центром страха». Она участвует в оценке угрозы, неопределенности, эмоционально значимых стимулов и обучении на опасности. Поэтому корректнее говорить о статистической связи между чувствительностью к угрозе, потребностью в безопасности и частью консервативных установок. И здесь начинается политика. Исследования показывают, что усиление субъективного ощущения угрозы способно сдвигать установки в сторону большей потребности в порядке, контроле, стабильности, жестких правилах и сильной власти. Именно эти установки являются ядром не «правой», а прежде всего консервативной и антилиберальной политической модели. Особенно интересны данные из Израиля. Исследования реального голосования показывали, что непосредственная террористическая или ракетная угроза могла увеличивать поддержку партий, строивших кампанию вокруг безопасности и жесткого ответа. Поэтому постоянная жизнь общества в режиме «нас окружают враги», «все рушится», «завтра катастрофа», «только сильная власть спасет» имеет вполне предсказуемый психологический эффект. Человек начинает оценивать власть не по качеству институтов, свободе прессы, независимости суда, коррупции или эффективности государственного управления. Главным вопросом становится безопасность. А когда главным политическим вопросом становится безопасно

Вчера два десятилетиями воюющих между собой сатмарских ребе пришли к Трампу в Белый дом. Один из них заранее объявил, что собирается просить президента США помочь против призыва учащихся ешив в Израиле. И тут антисионизм наконец встретился с бухгалтерией. Государство Израиль мы не признаём. Сионистская власть нелегитимна. Израиль вообще историческая ошибка. Но повестка почему-то настоящая. Потеря льгот тоже настоящая. Перекрытое финансирование вообще до боли материально. И выясняется, что несуществующее государство существует ровно настолько, чтобы срочно идти жаловаться на него Трампу. Особенно красиво это выглядит в среде, где собственного хасида годами учат: на соседа-еврея к нееврейской власти не бегают, внутренние дела наружу не выносят. На одного еврея пожаловаться нееврею плохо. На целое еврейское государство президенту США, оказывается, вполне кошерно. Видимо, запрет заканчивается где-то между проходной Белого дома и Овальным кабинетом. И отдельное чудо: два сатмарских ребе десятилетиями не могли нормально разговаривать друг с другом, но израильская повестка оказалась сильнее семейной войны. У Трампа братья поговорили и пожали друг другу руки. Вот что действительно объединяет. Не Тора. Не братская любовь. А военкомат. Антисионизм вообще оказался очень принципиальной идеологией. До первой повестки и первой потерянной льготы. Государства Израиль, конечно, не существует. Но Трампа на всякий случай попросим заставить это несуществующее государство не трогать наши вполне существующие там льготы.